Библиопедия → Произведения → Мёртвые души
Степан Плюшкин — помещик из шестой главы «Мёртвых душ» Николая Гоголя, владелец более тысячи душ, ставший скупцом после смерти жены. Гоголь назвал его прорехой на человечестве; от его фамилии происходит выражение «синдром Плюшкина».
Прореха на человечестве
Чичиков не сразу понял, с кем говорит. Фигура у крыльца была в засаленном халате неопределённого покроя, и о поле её он гадал долго: чепец как у бабы, лицо как у мужика, а на поясе связка ключей. Решил, что ключница. Оказалось — хозяин, Степан Плюшкин, помещик больше чем тысячи душ.
Гоголь назвал его прорехой на человечестве. В комнате Плюшкина на бюро лежит ссохшийся лимон величиной с лесной орех, отломленная ручка кресла, рюмка с какой-то жидкостью и тремя мухами, кусочек сургуча, зубочистка, пожелтевшая, вероятно, ещё до нашествия французов. В углу навалена куча, разобрать которую никто не решился. Всё, что попадалось Плюшкину на дороге — старая подошва, бабья тряпка, железный гвоздь, глиняный черепок, — он нёс к себе и складывал туда же.
Глава о Плюшкине — единственная в первом томе, где Гоголь рассказывает прошлое помещика. Когда-то это был бережливый, но толковый хозяин: жена, дети, мельницы, суконная фабрика, к нему ездили соседи учиться хозяйству. Жена умерла, старшая дочь сбежала с офицером, сын проигрался, и Плюшкин стал копить. Хлеб у него гниёт в амбарах, сукно рассыпается в пыль, а сам хозяин подбирает с дороги гвозди.
Копейка рубль бережёт.
Сделка
Мёртвых и беглых крестьян у Плюшкина больше всех: умерших сто двадцать с лишним, беглых около семидесяти. Продаёт он их задёшево и радуется, что не придётся платить за них подать. На радостях угощает гостя наливкой, из которой предварительно выбрал козявок и всякую дрянь, и предлагает сухарь от кулича, привезённого дочерью. Для купчей ищет бумагу, находит четвертушку и долго жалеет о ней, перо подаёт старое, а чернильница у него заросла плесенью.
Для книжника эта сцена страшнее всех мёртвых душ поэмы. Бумага у Плюшкина — драгоценность, которую жалко тратить на письмо.
Синдром Плюшкина
Фамилия героя стала названием патологического накопительства: синдромом Плюшкина в России называют болезненную привычку тащить в дом всё подряд и ничего не выбрасывать. Медицинского термина такого нет, но бытовой прижился прочно. На рисунках к «Мёртвым душам» Плюшкин всегда страшнее остальных: у Боклевского он почти пугало, у Агина — ссохшийся старик, у Кукрыниксов — карикатура без снисхождения.
Пока Чичиков сидит у Плюшкина, на лице хозяина один раз мелькает что-то тёплое: он вспоминает школьного товарища. Через минуту лицо гаснет снова. Гоголь пишет, что так на поверхности воды на миг появляется утопающий.
На экране
В фильме Леонида Трауберга 1960 года Плюшкина сыграл Борис Петкер, в пятисерийном фильме Михаила Швейцера 1984 года — Иннокентий Смоктуновский, в сериале Григория Константинопольского 2020 года, где действие перенесено в наши дни, — Алексей Серебряков. Чичикова у Швейцера играл Александр Калягин.
Издания «Мёртвых душ» в магазине
Статьи журнала о «Мёртвых душах»
-
Сколько стоил Чичикову выход из острога: последняя глава второго тома «Мёртвых душ»
В последней уцелевшей главе второго тома Гоголь сажает Чичикова в острог за подложное завещание. Выручают его не раскаяние и не Муразов, а юрисконсульт с правилом «спутать, спутать» и тридцать тысяч на всех.
-
Агин и его двойник: как нейросеть рисует «Мёртвые души» в манере первого иллюстратора
ГигаЧат нарисовал к «Возрождению» двадцать одну картинку в манере Александра Агина. Только всё, что знают как Агина, прошло через резец гравёра Бернардского.
-
Второй том «Мёртвых душ» от ГигаЧата: что написала нейросеть Сбера и почему это не Гоголь
Гоголь писал второй том около десяти лет и сжёг его дважды, ГигаЧату понадобилось чуть больше года. Что сделал Сбер, на чём учили модель и что на самом деле сгорело в 1852 году.
-
Как Гоголь издал «Мёртвые души» за свой счёт и что из них вырезала цензура
«Мёртвые души» в 1842 году вышли без издателя: Гоголь сам прошёл две цензуры, печатал тираж в долг и нарисовал обложку, на которой чужие слова поставил мелко.