Библиопедия → Произведения → Мёртвые души
Второй том «Мёртвых душ» — продолжение поэмы Гоголя, над которым он работал с начала 1840-х годов. Сожжён автором дважды: в 1845 году и в ночь на 12 (24) февраля 1852 года в Москве. Четыре черновые главы ранней редакции и фрагмент одной из последних глав напечатаны в 1855 году.
Что сгорело и что уцелело
Утром 12 февраля 1852 года Гоголь сказал графу Александру Петровичу Толстому, хозяину дома на Никитском бульваре, что хотел сжечь кое-какие ненужные бумаги, а лукавый подтолкнул сжечь всё. Ночью перед этим он сам разбудил слугу, велел открыть трубу и бросал в печь тетради, пока огонь их брал. Через девять дней Гоголь умер.
Это было второе сожжение. Первое случилось летом 1845 года: тогда Гоголь уничтожил почти готовую редакцию и позже объяснил это в книге «Выбранные места из переписки с друзьями». Том, писал он, вышел не тем, чем должен быть, и лучше начать заново. Начал. Следующие шесть лет он читал главы друзьям — Аксаковым, Шевырёву, — переписывал, снова читал. Некоторые слушатели потом вспоминали, что новые главы были сильнее прежних. Проверить это теперь нельзя.
Рукописи всё же горят не целиком. В бумагах Гоголя нашли черновые тетради: четыре главы ранней редакции и большой кусок одной из последних глав. В 1855 году их напечатал племянник писателя Николай Трушковский в книге «Сочинения Н. В. Гоголя, найденные после его смерти» вместе с «Авторской исповедью». С тех пор второй том входит во все полные издания «Мёртвых душ» — с пометками о пропусках, иногда посреди фразы.
Что в уцелевших главах
Чичиков продолжает ездить по помещикам, только помещики другие. Андрей Тентетников годами собирается писать сочинение обо всей России и не встаёт с дивана. Генерал Бетрищев гневается и милует, на его дочери Улиньке собирается жениться Тентетников. Обжора Пётр Петрович Петух кормит гостей так, что те едва встают из-за стола. Полковник Кошкарев завёл в имении комиссии и канцелярии, и крестьяне у него оформляют каждое дело бумагой. Рядом Гоголь поставил хозяев, которыми хотел показать, как надо: образцового помещика Костанжогло и честного откупщика Муразова. Читатели обычно запоминают не их, а разорённого Хлобуева, который живёт в долг и каждую неделю устраивает обед.
Самое современное в уцелевших главах — конец. Чичиков покупает имение Хлобуева, затем участвует в подлоге завещания богатой старухи и попадает под арест. В тюрьме его навещает юрисконсульт, мастер запутывать дела до полной неразберихи: чем больше бумаг, тем меньше виноватых. Выручает Чичикова, впрочем, заступничество Муразова. Последняя уцелевшая глава обрывается на речи князя, собравшего чиновников губернии. Подробно об этой главе — в статье «Сколько стоил Чичикову выход из острога».
Шедевр, болезнь или приговор
Спорить начали сразу после похорон. Друзья, которым Гоголь читал главы вслух, по большей части были в восторге, и в их кругу сложилось мнение: том был прекрасен, а сжёг его больной человек. Павел Анненков в воспоминаниях ставил вторую часть почти вровень с первой, а о сожжении высказался без обиняков: «Тут примешалась душевная болезнь, патологическое состояние мозговых органов». Ему возражал Николай Тихонравов, ректор Московского университета и редактор гоголевского собрания у Маркса. Для него последнее сожжение было сознательным делом художника, который разглядел неестественную «идеальность» своих образов, ту самую, что раздражала его у Кукольника и Полевого.
Сергей Аксаков 5 мая 1852 года пересказал Шевырёву последний разговор Гоголя со своей женой: печатать второй том он не будет, всё там никуда не годится, надо всё переделать. Уцелевшие главы Аксаков советовал не публиковать вовсе. «Мы нарушим последнюю волю или художника, или христианина», — писал он. Трушковский, выпуская их в 1855 году, и сам допускал, что поступает против желания Гоголя. Короче всех отозвался Лев Толстой: 28 августа 1857 года он записал в дневнике «Читал 2-ю часть „Мёртвых душ“, аляповато». Потом о черновиках писали Розанов, Андрей Белый, Набоков — и спор так и не закрыт.
Был ли третий том
Замысел был: ад, чистилище, рай, и в третьем томе Чичиков должен был переродиться. Ни строки третьего тома не найдено, и большинство исследователей считает, что он не был начат. Спор о том, почему Гоголь сжёг второй, длится больше полутора веков. Говорят о болезни, о строгом духовнике отце Матфее Константиновском, о страхе, что книга вышла фальшивой. Сам Гоголь оставил только фразу про лукавого.
В 2026 году Сбер выпустил свою версию: «Мёртвые души. Второй том. Возрождение», текст, который написала нейросеть ГигаЧат по черновикам и письмам Гоголя. Арт-куратором проекта был писатель Владислав Отрошенко, и в его вступительной статье этот спор решён в пользу Гоголя: уцелевшие главы машина не трогала. Читать книгу стоит вместе с ними, а не вместо них.
Издания «Мёртвых душ» в магазине
Статьи журнала о «Мёртвых душах»
-
Сколько стоил Чичикову выход из острога: последняя глава второго тома «Мёртвых душ»
В последней уцелевшей главе второго тома Гоголь сажает Чичикова в острог за подложное завещание. Выручают его не раскаяние и не Муразов, а юрисконсульт с правилом «спутать, спутать» и тридцать тысяч на всех.
-
Агин и его двойник: как нейросеть рисует «Мёртвые души» в манере первого иллюстратора
ГигаЧат нарисовал к «Возрождению» двадцать одну картинку в манере Александра Агина. Только всё, что знают как Агина, прошло через резец гравёра Бернардского.
-
Второй том «Мёртвых душ» от ГигаЧата: что написала нейросеть Сбера и почему это не Гоголь
Гоголь писал второй том около десяти лет и сжёг его дважды, ГигаЧату понадобилось чуть больше года. Что сделал Сбер, на чём учили модель и что на самом деле сгорело в 1852 году.
-
Как Гоголь издал «Мёртвые души» за свой счёт и что из них вырезала цензура
«Мёртвые души» в 1842 году вышли без издателя: Гоголь сам прошёл две цензуры, печатал тираж в долг и нарисовал обложку, на которой чужие слова поставил мелко.